Театр Луны: интервью с художественным руководителем Сергеем Борисовичем Прохановым и актрисой театра Евгенией Евчиной

jq9l5PlJcAMВ преддверии закрытия театрального сезона  народный артист России Сергей Борисович Проханов — актер, режиссер, основатель и художественный руководитель Театра Луны и актриса театра Евгения Евчина в караоке клубе «Джем» дали интервью Городскому порталу Твой Центр.

-Сергей Борисович,  завершается театральный сезон. Скажите, с каким настроением выходите на финишную прямую. Каким был текущий сезон  для театра?

С.П.: Сезон был, на мой взгляд,  успешным. В  уходящем сезоне у нас случились три премьеры. Это спектакли «Ящерица», «Мне не больно» и «Близнецы».  А настроение мне создают молодые и талантливые люди, в частности, Евгения Евчина- актриса театра. Она первый год в театре, но сумела сделать столько, сколько многие не успевают и за десять лет. Придя в театр, она сразу была введена в  первый и лучший шлягер, нашу «Чайку» — «Ночь нежна». Она сыграла Николь. Роскошнейшая роль! Потом появилась «Ящерица», а чуть позже «Близнецы». Женя была на высоте в этих двух спектаклях — это я как главный режиссер говорю.

-Евгения, как Ваша творческая судьба складывалась до прихода в Театр Луны?

Е.Е.: До прихода в театр, я профессионально занималась художественной гимнастикой. В спорт меня отдала мама и до четырнадцати лет она была моим тренером. Потом я уехала в училище олимпийского резерва в Нижний Новгород. Провела там четыре замечательных года. Но в жизни любого спортсмена наступает момент, когда все заканчивается и возникает вопрос: «А что же делать дальше?». О театре я даже не думала. Моя подруга  шла на подготовительные курсы в театральный институт, немного мандражировала, и попросила меня пойти с ней, в качестве поддержки. Меня как будто накрыло волной! Я попала в абсолютно иной мир и сразу поняла, что не хочу ничего другого. С того судьбоносного момента все мои усилия были направлены в актерскую сферу. Мама, конечно, удивилась и поначалу расстроилась этому выбору, но я ей очень благодарна за то, что она всегда меня поддерживала. Видя, как меня все это увлекает, у нее не осталось доводов против моего решения. Я поступила в Институт Современного Искусства, где училась в мастерской Владимира Николаевича Комратова и окончила его в прошлом году. Пользуясь случаем, хотела бы поблагодарить всех своих педагогов за все, что они мне дали в институте.

NRv_PLCaGaQ- Евгения, в каком спектакле Вы дебютировали, мы уже выяснили.  Поделитесь, как  Вы вживались в роль, и каким образом складывался репетиционный процесс?

Е.Е.: Я исполнила роль Николь. Вы знаете, что «Ночь нежна» — легендарный спектакль театра Луны. Мне было невероятно волнительно от огромной ответственности. Во время ввода в спектакль мне помогал режиссер Петр Белышков, а Сергей Борисович поддерживал и наставлял. Я очень ему благодарна, что он дал возможность сыграть эту роль, и главное, что помог мне найти в этой роли себя. Это был не просто ввод в старый рисунок, под мое внутреннее ощущение кое-что поправлялось и дополнялось.

  -  Сергей Борисович, за годы своего существования с  1997 года, какие метаморфозы претерпел спектакль?

С.П.: В первую очередь это, конечно, состав: в рамках данного спектакля на сцене блистали  Анатолий Ромашин, Дмитрий Певцов, Марина Блейк, Сергей Виноградов, Елена Дробышева и многие другие артисты.

- Расскажите историю создания Ваших спектаклей «Ночь нежна» и «Таис Сияющая», вышедшего годом позже, и как их принимала публика.

 С.П.: Само произведение «Ночь нежна» мне не понравилось, если честно. Сразу стало ясно, что много всего потребуется переделывать. Но название было шикарное! В результате мне пришлось переписывать целую книгу.

- То есть Ваша драматургия…

koSV0xIa9XAС.П.:  Да. Это как написать сценарий, только относительно театра почему-то считается неким воровством и плагиатом. Просто берешь произведение и придаешь ему сценическую форму. К сожалению, у нас в стране писать так и не научились, не знаю в чем дело, интеллектуальный уровень какой-то странный, не театральный, по крайней мере. Пишут репризы, микро-сценарии, а что касается театра — хорошие пьесы мало кому удаются. Поскольку сценария мне так никто и не написал, выхода не было, как взяться за дело самому. Уезжаю, значит, в Сосны, здесь под Москвой, а мне, как сейчас помню, дают плохой номер, я иду к директору и говорю: «Слушайте, я комедию приехал писать, а у меня трагедия получается». И мне такие люксовые апартаменты предоставили… В результате я написал произведение, которое уже 18 лет радует зрителей.

Что касается «Таис сияющей», то она задумывалась по «Таис Афинской» И.А.Ефремова,  но потом мы резко ушли в сторону. Но самое интересное то, что в процессе создания мы столкнулись с Богами! Знаете, когда «Мастера и Маргариту» начинают ставить, обычно случаются всякие приключения, так и у нас с «Таис» получилось. Как только начались репетиционные будни, трагедии не заставили себя ждать. На сцене было такое полетное устройство, Андрей Соколов на нем вылетал  в зал, и однажды, отвечающие за безопасность, забыли поставить тормоз. Соколов улетел в зал, разбил голову. Кошмар! В общем, пока лечился, мы встали месяца на два. Потом Анна Терехова  ногой махала- махала, что у нее с мениском проблемы возникли; помимо всего у нас еще декорация какая-то сгорела, словом, постоянно что-то приключалось. Мы еле завершили работу. И вот когда мы выпустили спектакль, Боги сказали: «Пусть играют!», и на этом все беды вроде закончились. Видимо это была проверка на прочность перед большим триумфом.

А что касается приема…Оба этих спектакля принимались публикой очень хорошо. Они всегда проходили, да и сейчас проходят, при полных аншлагах. Был тотальный успех. Можно сказать, что «Ночь нежна», и «Таис» — спектакли, с которых началось признание театра Луны, в широком смысле этого слова.

- Скажите, пожалуйста, как Вы подбираете репертуар, как Вы понимаете, что этот материал абсолютно точно нужно ставить? Что это сто процентное попадание в зрительское сердце?

С.П.:  Нюхом, что называется. Сугубо интуитивно. Если у режиссера есть чутье, то он будет ставить и поднимать те темы, которые сегодня необходимы зрителю. Выигрывать надо уже на старте, я бы так сказал. Время, в которое мы живем и события, происходящие вокруг нас, сами диктуют актуальность отдельно взятых постановок. Просто нужно уметь чувствовать, что хочет публика.

- Сергей Борисович, раз уж речь зашла об успешных спектаклях, скажите, что стало побудительным мотивом к постановке «Дали и испанская королева из Казани»?

KNaQMplxvEYС.П.:  Однажды я путешествовал по Испании, а побывав там, невозможно не посетить театр-музей Сальвадора Дали. И я не стал исключением. По дороге в Фигерас изумительная девушка-экскурсовод, так самозабвенно, рассказывала о его жизни, причем все в деталях, словно сама являлась свидетелем повествуемых фактов. Из музея мы отправились в замок Пуболь, который Дали подарил Гале, но при этом не имел права наносить визит без предварительного согласования.  Так вот, я слушал ее и думал: Боже! Ну чем не спектакль? Это было нечто! В общем, меня настолько впечатлило увиденное и услышанное, что три года я ходил с мыслями, о том какой потрясающий спектакль мог бы получиться.  Жизнь шла своим чередом, у меня были другие постановки, другие дела, но мысленно я  постоянно возвращался к этой истории. Не хотелось стандартных подходов к освещению жизни столь неординарного человека. Я использовал перекидку во времени, какие-то биографические факты пришлось просто опустить. Задача была рассказать об интересной личности, которая вызывала бы сейчас восхищение. Благо спектакль удался, актеры задействованы замечательные, помню, долго определялись с исполнительницей на роль Галы. В итоге ею стала Людмила Светлова. Надо сказать, сыграла она просто восхитительно.                       Хотя, поначалу, я планировал на эту роль Анну Терехову, но она в тот момент играла в антрепризе, поехала по городам и не сложилось. Часто, кстати, проблемой театра становится антреприза. Деньги, конечно, зарабатывать нужно, в особенности у кого семья, но потерять можно гораздо больше. Велика вероятность упустить что-то тонкое и более ударное, что потом даст тебе серьезный толчок в профессии. Из нашего театра вышло очень много артистов, начинающих на тот момент с одной роли: Чулпан Хаматова, Евгений Стычкин, Дмитрий Певцов, Андрей Соколов, у нас переиграло человек пятьдесят, сегодняшняя первая линия.

-Как Вы считаете, Дали известный на весь мир, это что больше? Результат его гениальности или заслуга решительной и напористой Галы, которая являлась его музой?

С.П.:  Глупого и бездарного не раскачаешь при всем желании. Но я  думаю, это пятьдесят на пятьдесят. Дали же мог и спиться, и загнуться, он вел достаточно беспорядочный образ жизни, и даже не всегда понимал мужчина он  или женщина. А Гала стала его направлять и организовывать, очень практично, как наша русская женщина.

- Сергей Борисович, хочется затронуть премьеры текущего сезона. Если говорить о спектакле «Ящерица», Вы сразу приняли пьесу Александра Володина в трактовке Елены Олениной?

hb8vQEwFeLwС.П.:  Дело в том, что я спектакля толком и не видел, отсутствовал по каким-то причинам. Я сам, в свое время, восторгался «Ящерицей», еще в Маяковке, и в принципе, мечтал поставить о первобытных людях. А когда увидел спектакль, сильно удивился, что пьеса так быстро может постареть. Она была написана где-то до перестройки, а потом жизнь поменялась, и все темы тоже. Сейчас мы его подкорректировали немного, и спектакль, как мне ощущается, удался.

-Евгения, какую роль вы сыграли в «Ящерице»? Что было сложно, а что давалось без особых усилий?

Е.Е.: Я сыграла заглавную роль Ящерицы. Сложным моментом для меня была необходимость перестроиться в другое русло, поскольку эта роль сильно  контрастировала с ролью Николь. Когда я узнала, что буду играть Ящерицу,  выход спектакля был на носу, и естественно, меня не задействовали в премьере. Уже был выпуск, и спектакль стартовал с первоначальным составом. Я находилась в зале — наблюдала и впитывала. Конечно, основной упор делался на  самостоятельную работу с моей стороны, поскольку было совсем не до меня. Но, тем не менее, со стороны актеров была большая поддержка. Владимир Тягичев очень помогал. Работать над спектаклем протекала интересно. Мне понравилось, что спектакль полон хореографических элементов, я, можно сказать, попала в свою стихию. А когда Сергей Борисович  внес свои изменения, мы заново испытали все премьерные чувства.

- В мае месяце репертуар театра пополнился еще одной премьерой — спектакль «Мне не больно» по пьесе «Одержимость» Дмитрия Бикбаева. Известно, что его режиссерский дебют несколько ранее, так же состоялся в стенах  театра Луны. Когда шла работа над спектаклем «Мне не больно», у Вас оставались опасения? Или Вы уже были уверены в Дмитрии как в режиссере?

С.П.:  Я смотрел разминочный прогон за три месяца до премьеры, и увидел, что все в полном порядке. Основное и важное, что Дима сделал, на мой взгляд, так это то, что он  вывел балет в диалог. Работа, конечно, была проделана колоссальная. Спектакль потрясает своей красотой. Мне кажется, это было очень убедительно и народу понравилось. Во-первых, девочки великолепны, ими любоваться можно бесконечно, во-вторых, половина из нашего театрального центра «Маленькая Луна», что безумно приятно, они выросли и знают где себя применить, а  в-третьих, Дима – саморазвивающийся, толковый парень, он знает куда движется.  У него еще фан-клуб свой, он молодец, в общем.

- На пресс — конференции перед премьерой Вы сказали, что спектакля «Близнецы» в постановке Натальи Когут, не видели в полном объеме, что смотрели только промежуточный вариант без костюмов. Когда Вы увидели спектакль в завершенной версии в зрительном зале, какие впечатления испытали?

С.П.:   Когда Валентин Преториус принес свою пьесу, я понял, что мы находимся на пороге открытия нового драматурга. «Близнецы» мне понравились. В принципе, я сторонник этого спектакля. Евгения Евчина в нем просто восхитительна, и очень убедительна. Конечно, он имеет свои нюансы. Наталья Когут  у нас авангардистка, девушка, ставящая спектакли весьма необычные и в этом ее большой плюс. Наташа умеет настраивать на свои какие-то ноты, на окончания. Единственное, как мне кажется, что чуть перекрикивают и давят, но я даже знаю, откуда растут корни. Это такая специфика работы с актерами. Когда их надо выкинуть из бытового русла, им  выдают специальные ноты, а потом артист сам начинает по ним плыть. Есть режиссеры, которые начинают объяснять, и объяснять, навесив, таким образом, актеру на плечи двести килограммов, а человек говорит, мол, все понимаю, но к игре это никакого отношения не имеет! А скажешь: «Возьми-ка нотку!», и сразу все получается. Такие хитрости приходится применять.

-Как происходит процесс корректировки спектакля, если Ваше видение ситуации, как художественного руководителя, отлично от задумки режиссера-постановщика? Какую форму имеют Ваши действия и комментарии?

С.П.:  У нас есть худсовет. Если видно, что все хорошо, что спектакль дорастет и дозреет, я отпускаю его так, даже вмешиваться не люблю, дабы ничего не испортить. А когда непорядок, это чувствуется мгновенно, на первой же репетиции. Сразу видно, что неполадки с режиссером, приходишь в зал, смотришь и думаешь: Господи, зачем ты эту пьесу-то взял вообще. В итоге, вопрос ставится, как деликатней этот спектакль закрыть.

- Евгения, какие впечатления оставила работа с Натальей Когут?

Е.Е.:  Работа с Натальей Когут для меня, в первую очередь, это ценный опыт пробы себя в авангарде. Драматургически роль жены Игоря очень интересная, спектр эмоций и событий очень обширный и яркий. Конечно, работа с Натальей Григорьевной отличается от других режиссеров, но почувствовать и понять это может только актер, который с ней столкнулся, описать словами это сложно.

 -Сергей Борисович, расскажите о предстоящем сезоне. Какие премьеры ожидают зрителей?

С.П.:  Премьерой следующего сезона у нас будет «Казанова».  Огромным количеством людей Казанова воспринимается как развратник, бабник, ловелас. Но я вам должен сказать, что он был личностью большого масштаба и просто умницей. Он отличался высоким интеллектом, никогда не останавливался на пути саморазвития, тяготел к наукам и постоянно раскрывал в себе новые таланты. Химия, математика, философия, медицина, астрология, литература, музыка-все это было ему безумно интересно. Безусловно, он был азартным человеком, он умел захватить внимание публики, был потрясающим рассказчиком, и еще авантюристом, конечно. «Обман дурака является делом, достойным умного человека»- так он считал. И вот этот незаурядный человек, с  богатым внутренним миром меня сильно заинтересовал. Я уже год пишу пьесу. Придумываю диалоги, сцены, а самого произведения пока нет. И, как мне кажется, сегодня на меня снизошло озарение- появился ход. Самое главное придумать ход, но его я раскрывать пока не хочу. Могу лишь сказать, что на данный момент я не планирую делать резкий акцент на его любовных приключениях,  пока все-таки речь идет о, своего рода,  Ломоносове из Италии. А как там сложится, будем смотреть…  С актером на роль Казановы я почти определился. Им будет либо Александр Резалин, либо Кирилл Козаков. Без Казановы — нет Казановы. Нет Гамлета — не ставь Гамлета.

 -Сергей Борисович, такой к Вам вопрос: складывается ощущение, что Вы любите рисковать, сейчас объясню о чем я. Вы смело предоставляете сцену молодым  для режиссерских экспериментов и даете карт-бланш более старшему поколению. Если чуть окунуться в историю, известный факт, в не самый простой период для страны, в 90-е годы Вы привозите рок-оперу «Иисус Христос — суперзвезда», не имея ни актеров, ни необходимой атрибутики. Скажите, что это? Риск в чистом виде или хорошо продуманные шаги, которые производят такое впечатление?

С.П.:  Нет, я не люблю рисковать. Как говорят?« Кто не рискует, тот не пьет шампанского», а у меня есть своя перефразированная версия: «Кто рискует, тот вообще его не видит».  Ну, а если серьезно, я очень долго смотрю со стороны, как русский человек, в атаку не иду пока все не разведаю. Я присматриваюсь, изучаю вопрос и когда понимаю что все, это моя тема, начинаю действовать. А иногда, просто попадаю, не имея для этого никаких предпосылок. Характер у меня такой, я все равно выпутаюсь.  Я ведь не писатель, и даже не режиссер. Я по сути своей — комбинатор. Просто умею комбинировать ситуацию: небо, земля, девушка красивая идет, мужчина поет, а моя задача все это правильно расположить в пространстве.

-Побывав на нескольких спектаклях Вашего Театра, пришла к мнению, что Театр Луны не позиционирует себя, как театр в классическом его понимании, что Вы постоянно ищите что-то новое, что у театра есть свое лицо, выработались традиции и свой узнаваемый стиль. Вот мне интересно, Театр Луны изначально задумывался таким образом, или каким-то эмпирическим путем Вы поняли, что эта форма существования логична для Вашего театра?

С.П.:  Есть такое дело… Понимаете, я  сам в свое время был бытовой артист. Играл, в общем-то, простых ребят, без затеи- то «Ванек», то «Петек». Откровенно говоря, я подустал играть подобные роли, поэтому бытовой стиль меня в принципе уже не устраивает. Я считаю, что люди, придя в театр, должны отвлекаться от повседневных дел, и происходящее на сцене должно переносить их в другую реальность, в воздухе должно веять предвкушением чего-то таинственного и романтического. Мы постоянно находимся в поиске. Спектакли насыщены чувственными танцами, разнообразным музыкальным наполнением,  используем живописные декорации. Но поскольку я воспитался в театре им. Моссовета, в классическом все- таки духе, у меня, как у Черчилля… Он говорил:  «Мир бы стоял на месте,  если бы молодые не двигали его вперед, но развалился от этого движения, если старшее поколение не сдерживало порывы молодых». Поэтому я одновременно и сдерживаю, и молодых пускаю, стою на золотой середине, как мне кажется. Вот таким образом и пришли к романтическому театру Луны. Связано это  с тем, что самая близкая к нам планета — Луна, влияние свое она оказывает ночью, а все действия мы совершаем днем, накопив лунную энергию. В этом, собственно, концепция…

Автор: Темукуева Марьяна

Фото Близнецы и Ящерицы- Елена Киселева

Фото Ночь нежна- Маруся Гальцова