Сергей Проханов: «Самое главное – это умение хорошо фантазировать»

ТЦ: Первый вопрос о юбилеях. Как свой отметили, как IMG_0577отметили юбилей своего театра?

Сергей Проханов: Вы знаете, когда перерастаешь возраст ребенка, к сожалению, все ДР становятся не такими радостными…

ТЦ: Разве второе дыхание не открывается?

С.П.: Нет, второе дыхание, бывает, открывается, а бывает, закрывается, тем более, когда на свой юбилей считаешь свои годы. А когда юбилей театральный, то считаешь годы тех, с кем ты провел это время. Конечно, это большая разница. Вспоминаю, как мы однажды с Анатолием Ромашиным ехали в поезде на гастроли и отгадывали юмористический кроссворд, а там был вопрос «что такое — репетиция похорон?», шесть букв, отгадали и, оказалось, «ЮБИЛЕЙ», потом долго на эту тему шутили… Вот сейчас я сломал ногу, поэтому юбилей отметил двояко. После этого стал ценнее относиться к здоровью, понимать, что никому ты не нужен кроме себя самого, абсолютно. Я понимаю, что просто прошел еще один год, потом еще один… А тут вижу, какая-то девушка перестала подходить разговаривать, отношение окружающих такое пошло – смотрят какими-то чуть не плачущими глазами. И думаешь: «Боже мой, вот где собака зарыта юбилейная!». Одно дело, когда ты выходишь на юбилей эдаким «Шварценеггером», полным сил, удачливым, или ты выезжаешь на «раскатистом авто» (коляска инвалидная), тут, конечно… почувствовал… промелькнуло одиночество.
Одиночество… Я думаю, что первая программа государства должна быть направлена на ее преодоление в обществе. Ведь 80% людей в нашей стране страдают, т.к. люди разобщены, не хотят, не умеют общаться, люди злые. У них только кошки, собаки, кролики всякие. А злые, потому что разные доходности пошли, видят по телевизору, сколько те воруют, а эти не успели ничего накопить, хотя жили честно.

И вот от этого появились новые «юбилейные» мысли. Мысли не о том, как радостно, и кто какую песню спел, а о том, каких ты смог достичь высот и что плохого сделал, какие заповеди нарушил. Ведь есть 7 заповедей у древних греков, написанных на камне Дельфийского храма Аполлона:

1. Познай конец жизни (т.е. кем ты хочешь оказаться к концу жизни).

2. Познай самого себя.

3. Все должно быть в меру.

4. Ничего лишнего. (Интересно, что «в меру» и «ничего лишнего» с точки зрения древних греков – не одно и то же!)

5. Никогда не гневайся.

6. Ни за кого не ручайся.

7. Худших всегда большинство.

Если жить по этим заповедям, то будешь счастливым человеком, так считали древние греки. Так что, я с юбилеем распорядился по-особому. Ну конечно, многие показывают концерты, рассказывают, как они жили, мне удалось это сделать по-свойски, без пафоса. Вечер прошел интересно.

ТЦ: Хотелось бы о Вас еще поговорить. Вы мне запомнились, почему-то, больше всего не усатым нянем, а в эпизодической роли «братца-крапивного побега» из сказки. Такой разбитной балагур. Вы в жизни такой же?

С.П.: В этом эпизоде  играли 2 интеллигентных человека, более-менее. Один Проханов, другой – Владимир Качан, который уже тогда считался элитарным артистом… Знаете, как говорят, человек должен из себя дрянь выпустить, так вот иногда хочется сыграть какую-нибудь рольку бесшабашную, разбитную, чтоб вышла из тебя вся эта энергия. А не то, что все время «Штирлицем» ходить, поэтому все роли интересны.

ТЦ: А Вы, как большинство актеров, суеверны?

С.П.: Суеверный? Да, но в меру, в основном верю в приметы, в самые примитивные. Упала пьеса – нужно сесть на распечатку и прокричать название постановки, чтоб не провалилась. Хотя,  молодежь стала более ленивой, не так ревностно соблюдает эти традиции, мы раньше не ленились… (Смеется)

ТЦ: Сейчас говорят, что нужно переходить на западные стандарты обучения актерскому ремеслу, т.е. раздельно обучать актеров для театра и кино. Мол, театральный актер хуже понимает, как играть в кино. Там, говорят, своя специфика. Как Вы считаете, есть в таком подходе смысл?

С.П.: Нет, я считаю, что разницы нет никакой. Если ты талантливый человек, актер, то везде будешь органичным. В театре нужно поражать сразу, а в кино можно такие кадры нарезать, что ты гением окажешься. Бывает, берут даже не актеров, а с хорошим режиссером все возможно становится, он такое может сделать. Например, Митта – он что угодно из чего угодно может сделать, потому что невероятно талантлив. Я не вижу большого разделения, одно дело совмещать тяжело, получается и там не доиграл, и здесь. Нужно так, снял одно, «съел этот пирог», потом дальше. Я вот сейчас делаю спектакль «Дали», это был совершенно «ломовой» человек, и еще придумать надо, как рассказать про него, чтобы было убедительно, еще ход надо найти. Ведь биографический ставить не будешь — просто не интересно! Арсенала не хватит, нужны бешеные средства, три Голливуда нужно уложить, чтоб хорошее что-то поставить, про такого титана, поэтому приходится искать ход.

ТЦ: Тут уже к минимализму нужно переходить?

С.П.: Это первое берут на вооружение, но стремиться нужно к максимализму. Просто есть другой максимализм, не материальный, а тот, который выражается в фантазии. Тот же, например, Дали говорил: «Закройте глаза, и Вы окажетесь в любом кругосветном путешествии». Выключите  телевизор, компьютер, выдерните их из розетки и Вы будете на другом конце мира! Самое главное – это умение хорошо фантазировать, и в последнее время я такими вещами живу, призываю в спектаклях, чтоб люди мечтали, только тогда появляется желание жить. У меня есть знакомый, сын моих друзей,  пока мы ехали в машине, он фантазировал: «Хочу, чтоб планета на планету налетела, чтоб знаки разные новые появились, не знаю, хочу что-то новое изобрести!». Вот эта позиция гениальна, когда хочется изобрести нечто совершенно новое.

ТЦ: Сейчас Интернет занимает все большее место в жизни людей и не считаться с этим невозможно. Как Вы считаете, может, пришло время устраивать онлайн трансляции спектаклей Вашего театра? Технически же это сейчас возможно…

С.П.: Это очень хороший вопрос! Во-первых, такой опыт имеется, хотя, лично я не делал, т.к. у нас немного другое направление, но предложение было. Приходил один человек, мы ставили «Мери Попинс — NEXT», предлагал снимать и транслировать онлайн репетиции вплоть до премьеры. Но это трудно, т.к. появляется камера — появляется зажим у актеров, и все что на камеру — это документально. Я делаю такие вещи, например, летят планеты, но чтоб это на камеру хорошо смотрелось — нужен хороший оператор. Можно смотреть шире, снимать микро-фильмы, какие-нибудь выдуманные видео блоги, главное, что это ново, полезно и не тронуто.

Мы с нашим сообществом создали фан-клуб, это люди, которые гордятся нашим театром, тем, что мы есть, они где-то собираются и прославляют нас, это никакое не купленное заведение, просто собираются энтузиасты нашего театра.

Сейчас говорят, мы пропагандируем свой театр. Да! А почему бы нет?! Просто есть ряд спектаклей, которые не собирают того количества зрителей, которое должны. После спектакля эмоции поразительные, но до… нужно чтоб еще билет купили!

ТЦ: Да, кроме того, ведь снимали же в советское время театральные постановки и показывали по ТВ…

С.П.: Сейчас к этому пришли опять, снимают так называемую «Золотую коллекцию». Госдума дала денег, и мы попали в эту программу со спектаклем «Прокурорская притча», отсняли по-новому, и он выйдет в Интернете. Это, действительно, актуально для того, кто живет где-нибудь во Владивостоке, т.к. он не приедет и не узнает, что такой спектакль есть. Хотя качество подачи еще очень низкое, потому что съемка та же, что и 10-20 лет назад. Снимают на 6-8 камер, потом режиссер это монтирует в одно. А уж как он там намонтирует… Отличие от сцены будет, безусловно. Нужны специальные съемки, а так хоть информационная цель достигнута будет. Но полную картину, конечно, отобразить не получится.

ТЦ: Как движется дело с кинопостановкой «Усатый нянь NEXT»?

С.П.: Все зависло. Сценарий написан, вполне хорошее произведение, но нужны хорошие продюсерские руки. Может, с вашей помощью будем рекламировать то, что мы ищем спонсоров под это дело, потому что второй год пишется, но люди так и занимаются своими делами.

ТЦ: А Вас не смущает почти тотальный неуспех остальных «продолжений»?

С.П.: Я не видел многого. «Мушкетеры» не понравились вообще, а вот «Служебный роман» мне понравился, только со второго раза надо смотреть, чтоб привыкнуть к новым актерам. Актриса (Светлана Ходченкова) — девушка хорошая и другие ребята тоже очень приличные. Чарли Чаплин давно сказал, что есть всего лишь ограниченное количество сюжетов, поэтому всегда будет тот же фильм, только с перестановкой эпизодов и декораций. Это – во-первых, а во-вторых, когда мы еще только выпустили «Усатого няня», Бритиков был режиссером, тогда уже хотели снять фильм-продолжение. Хорошо, что этого не сделали, я б тогда вообще больше нигде не снялся, актер одной роли был бы, как Шурик. Поэтому я успел посниматься, что-то другое сделать. Когда вышел фильм, вся Москва обклеена была, письма мешками шли, люди по 200 человек домой провожали, вот это популярность, это культ! Гарри Поттер чемодан бы за мной носил. Я уже молчу, как мы с Демьяненко снимались, как с Варлей по улице ходили… Вот  это я понимаю!

ТЦ: В нескольких интервью Вы говорили, что уход из Вашего театра молодых, открытых Вами, актеров Вас обижает…

С.П.: Тут даже не обида на сам уход. Обидно другое – когда ты вывел человека на уровень большой популярности, а он о тебе ни в одном интервью словом добрым не обмолвился, как будто тебя и не было в его жизни. Ну, в актерах живет такое, что «Я сам!», нас к этому приучают с детского питания, больше всего эту рекламу не люблю… А ведь «я сам» ничего не умею! И у нас таких «Я сам» человек 40 «звезд», но они далеко не сами…

ТЦ: Скажите, сейчас молодой актрисе труднее стать звездой, чем во времена СССР? Что для этого нужно?

С.П.: Скажу Вам по-мужски, и как режиссер. Надо влюбиться в актрису, чтоб она стала вашей музой. Она должна нравиться.

ТЦ: Один музыкальный продюсер сказал, что певцы, достигнув статуса звезд, или даже просто популярности, уходят от того продюсера, который их видел в статусе «никто». В актерской среде то же самое, получается?

С.П.: У нас сейчас есть PR и многие боятся прошлого, хотя мне не понятно, чего тут стесняться? Что они «стояли у церкви на паперти», а потом их подобрали на рынке как, например, миллионер Водянову, когда она мясом торговала? Но, в общем, да, в актерской среде ситуация похожая…

ТЦ: Как Вы оцениваете уровень своего театра сейчас? Творческий вектор идет вверх? Стабилизировался? Или, может, наметился какой-то спад?

 

С.П.: Подлечиться мне надо немного, и мы еще им покажем!.. Сейчас весна начнется, а там – «Дали»… Рост идет, абсолютно точно. Выражается это в том, что даже среднезадуманные спектакли оказываются гениальными. Примеры: «Шантеклер», «Мери Поппинс — NEXT». Последнюю я переписал в совершенно новом ключе, и столько народу приходит! И смотрят, и нравится! Совсем новый подход, совсем новые задумки и приходится по-новому корректировать, согласно новому времени, и вот этим мы еще сильны.

Говорят: «Не надо трогать Чехова! Это ж «Три сестры»!». Надо! Надо трогать, надо шевелить, переворачивать, классика на то и классика, чтоб читалась в любое время, но разными людьми по-своему. Я вот сейчас придумал, у каждого должен быть свой Дали, это принцип спектакля, очень сложная тема, но тогда он становится ясен. Он не биографический, а то, что могло бы родиться у Дали. Даем понять, что он у всех свой, как классика у всех своя. Да у меня свой Онегин — самый вредный парень!

Постоянная игра классических пьес, это как изложение в школе – вредная вещь! Ставит рамки, нельзя полетать, а вдруг вылезет какая-нибудь своя тема, поэтому иногда хорошо приврать, пофантазировать. А нужно писать сочинения, нужно осуществлять синергию с автором произведения.

Беседовал Ростислав Панфилов